Парусный клуб Буревестник

Парусный клуб Буревестник

Данная страница- открытый информационный ресурс о истории парусного яхт-клуба "Буревестник", для ветеранов и  молодых яхтсменов с размещением каждым желающим  инфо материалов по истории яхт-клуба "Буревестник"и занятиях парусным спортом в прежние времена, и информации по участию яхтсменов клуба , членов их семей, детей, внуков,  спортивной молодежи в яхтенной спортивной жизни и в настоящее время. Для  социально-культурного взаимодействия сопричастным и новичков спортивного парусного движения. Это наша Жизнь.

Присоединиться к живому общению Вы можете в телеграм-группе "Буревестник" парусный яхт-клуб и его история

Вашему вниманию очерк по истории клуба.

История парусного клуба Буревестник

Первые упоминания о яхтенно-спортивной базе на месте нынешнего яхт-клуба «Буревестник» появляются в первые послевоенные годы — 1946–1947.

По воспоминаниям яхтсменов картофельное поле и поселения Капустино стали подвергаться набегам лодок и малых яхт как для зимнего хранения судов, так и для использования прибрежной зоны для причалов. Будущий директор яхт-клуба Виктор Комов уговаривал владелицу участка - бабу Шуру отдать земельный надел безвозмездно, с ведома и согласия совхоза «Капустино» под спортивную организацию отдыха молодежи на воде. Картофельное поле бабы Шуры отделялось от дороги грядой кустов, в которых были слышны щебетание птиц, трели соловьев. Берег у нее был низкий, с неухоженной растительностью, глинистый и, казалось, мало кого привлекал. Однако малая осадка швертботов и катеров доставляли приют и ночлег любителям экзотики, а протесты бабы Шуры были громкими: ведь урожай терпел урон, особенно капуста. Но, несмотря на то что пришельцы «помогали» выкапывать, окучивать и снимать урожай, владелице доставалось все меньше и меньше… В этих условиях Комов, сам любитель путешествий, он ходил на катере «Наука», продолжал уговаривать владелицу участка, отторгнутого от совхоза из-за неугодий, дать причал любителям парусов и ветра на кусочке берега. И наконец баба Шура сдалась. На отвоеванной территории появились палатки, хибарки и хибары побольше для хранения яхтенных принадлежностей и моторов. Яхты перемещались по берегу и переворачивались для хранения и ремонта методом «Эй! Ухнем!». Суденышки покрупнее ставили на полозы-склизы. Тяга — сами. Позже Комов уговорил совхоз отдать потрепанный трактор и, как бывший танкист, с увлечением управлял немудреной техникой.

С этого началась история яхт-клуба «Наука». После неудачного выступления советских яхтсменов на Олимпийских играх 1952 года, как за продвижение этого вида спорта крепко взялись на государственном уровне. В 1953-м году на парусной базе «Наука» был основан клуб, который стал первым в ряду других спортивных направлений студенческого Добровольного спортивного общества «Буревестник», объединившего студентов, аспирантов и преподавателей высших учебных заведений. Яхт-клуб получил свое нынешнее название «Буревестник» и вплоть до начала 90-х годов ХХ века стал главным студенческим центром парусного спорта в московском регионе, где профессорский состав большинства московских вузов вместе c студентами строили яхты, тренировались, соревновались, просто проводили время на воде

Одним из первых тренеров в яхт-клубе стал Дмитрий Леонидович Зворыкин, который после образования яхт-клуба перешел сюда из «Труда» со своей секцией клуба «Крылья Советов».

Выходец из семьи муромских купцов, племянник изобретателя телевидения Владимира Козьмича Зворыкина, мастер-модельщик, сразу после окончания Великой Отечественной войны он активно включился в восстановление парусного спорта в Московском регионе, и не просто как спортсмен или тренер, но и как воспитатель, глубоко участвующий в жизни своих воспитанников. Митяй – так его звали все – Человек особого обаяния, которого беззаветно чтили послевоенные мальчишки, оставил в их жизни огромный след, а для многих был вторым отцом. Олимпийские призеры Виктор Потапов, Борис Будников, многократные чемпионы СССР Виктор Козлов, Александр Чумаков, и десятки других ребят, ставших яхтенными капитанами и видными российскими специалистами, считают, что Дмитрий Леонидович Зворыкин оказал определяющее влияние на их судьбу. Им было чему учиться у своего тренера, который умел все, был неистощим на выдумки, вел по жизни, учил, любил и кормил своих ребят. После каждой тренировки усаживал детей пить чай с сушками и сахаром. Дети непринужденно болтали, вспоминали моменты тренировок смешные и не очень. И именно эти посиделки создавали в спортшколе теплую домашнюю обстановку.

В яхт-клуб пришли и парусные секции с других спортивных клубов и вузов.

Одной из самых ярких студенческих парусных секций Москвы на базе «Буревестника» была парусная секция МИХМ (сейчас - Московского Государственного Университета Инженерной Экологии, вошедшего в состав Московского Политеха)

Свою историю секция ведет с 1955-го года. В её основе стояли Леонид Михайлов, Скарзов и Борис Балдин. Леонид Михайлов занимался сначала в ДСО «Спартак», но потом перешел в «Буревестник» и пригласил Бориса Балдина к себе матросом. Постепенно их компания разрасталась – все больше студентов интересовались парусным спортом и ребята начали потихоньку собирать, восстанавливать старые брошенные яхты, чтобы на них потом тренироваться и выступать на соревнованиях.

Рассказывает Борис Германович Балдин:

«Тогда из полусотни московских вузов лишь 5-6 культивировали парусный спорт под общим вымпелом ДСО «Наука», переименованного потом в «Буревестник». МИХМ по параметрам водного спорта никогда не был таким гигантом как МГУ, Бауманский (тогда Высшее училище, теперь технический университет), МЭИ. Таким вузам было по плечу поддерживать у себя недешевый по затратам парусный спорт. МИХМ же ничего подобно не имел, но, что хуже всего, и ничего не хотел. В 1955-м мы собрали вокруг себя потенциальных «парусников», но никакой материальной части, на чем плавать, у нас не было. Заслуга моих товарищей (и моя ли тоже, судить не мне) в том, что мы неуклонно шли по избранному пути, несмотря на объективные трудности и чье-то субъективное противодействие, пассивное и активное. Мы, небольшая кучка энтузиастов, положили в основу принцип «опоры на собственные силы». На водной базе «Буревестника» валялись под забором отслужившие лодки, которые их хозяева просто выбросили, образовав небольшую свалку: им было лень и недосуг разобрать суда на части, порубить на дрова, просто сжечь или куда-то вывезти. Поэтому они не только не возражали, но были рады, когда мы эту свалку «жертв Нептуна» разобрали, прикидывая по ходу дела, что «принять за основу», а что раскурочить на детали.  Как бы то ни было, из каждых трех-четырех брошенных лодок удавалась собрать одну способную не только плавать, но и нести на себе одного - двоих из нас. Так мы обрели собственную материальную часть, и я ушел от Лени Михайлова в сложившуюся группу «парусников».

Было нелегко. Умения у нас еще не было, обретали его в ходе работы. Освоили и непростые, даже вредные работы с эпоксидными смолами, проявляли все возможные инициативы. Обретя опыт ремонта, бесплатно ремонтировали суда другим при условии, что станем на них вторыми экипажами и при случае выступим на соревнованиях. Ежедневно изобретали и другие комбинации: высмотрев лодку, давно не выходящую «в море», разузнавали причину и старались «приватизировать» плавсредство.»

Помимо парусного спорта, в клубе развивался и спортивный туризм, с дальними плаваниями. Этому способствовало появление трофейных немецких крейсерских лодок из красного дерева с каютой и килем, которых в «Буревестнике» было 5–7 штук. Ходили на Онегу, Ладогу и Белое море. Немецкие крейсерские лодки, положившие начало долгим походам, стали опасными: в какой-то момент одна из них трагически затонула, так что остальные сожгли. Старожил клуба Александр Филиппович Шрамченко прошел Великую Отечественную и сразу после стал интересоваться яхтенными спортом. В «Буревестник» пришел в 1968 году вслед за своим товарищем, сослуживцем. Через некоторое время приобрел морской бот, который был превращен буревестниковскими мастерами в яхту.

СДЮШОР "Буревестник".

В финишные годы жизни парусного яхт- клуба "Буревестник" с подачи директора яхт-клуба Орешникова Г.А. была организована и успешно работала СДЮШОР "Буревестник" по парусному спорту с уникальной командой тренеров: Старший тренер Стекольщиков А.Б., тренер Чирков В.Е. и при помощи опытных наставников начал свою тренерскую карьеру и делал первые шаги в профессии тренер Насипов В.Ф.  Большой вклад школа сделала в развитие новой дисциплины "зимнего" паруса - зимнего виндсерфинга, для межсезонной тренировки молодых яхтсменов. Школа всемерно участвовала в популяризации этой новой в парусе дисциплины. Зимний серфинг стал официальной дисциплиной парусного спорта, в нём стали разыгрываться чемпионаты страны. Это времена, когда наши яхтсмены стали участвовать в международных соревнования и чемпионатах мира по этой дисциплине, и побеждать в них. К сожалению школа в физическом плане просуществовала недолгое время. Но воспитательный импульс, который получили молодые яхтсмены от своих наставников, сработал: многие учились по дисциплине "парусный спорт" в институтах физкультуры, стали сами профессиональными тренерами. Так, в настоящее время с олимпийским резервом и действующими олимпийцами в Московской академии парусного и гребных видов спорта успешно работают тренеры - преподаватели: Насипов Владимир, Фомина Мария, Соляков Андрей, и это почти половина от тренерского корпуса академии. Многие выпускники школы стали известными яхтсменами и яхтенными капитанами. Тренеры-наставники СДЮШОР "Буревестник" также не потерялись в "новой" жизни. МСМК Чирков Владимир Егорович стал единственным в истории советским /русским яхтсменом - победителем гонок "Сидней Хобард" 2014/2015 г.г. Победа в таких гонках по оценкам многих яхтенных специалистов, превосходит такие вершины, как чемпионат мира или олимпийские игры. В настоящее время тренеры: Стекольщиков А.Б. и Чирков В.Е. продолжают обучать яхтсменов и начинающих яхтенных капитанов в открытом море в созданной по их инициативе А.Б.С Морской академии.

В 1987 году «Буревестник» стал слегка похож на Шанхай: бытовки, вагоны — все разномастно. Единственное, что было на тот момент современным, — это два больших металлических эллинга, все остальное — постройки 60-х годов. Штат клуба был минимальный: директор, бухгалтер, охранники, электрик, ну и наемный медик, который работал по выходным. Арендовать места можно было в любом яхт-клубе, но в «Буревестнике» привлекала непринужденная обстановка. В нем тренировались студенты шести или восьми вузов. Среди них МГТУ им. Баумана, МАИ, Институт нефти и газа, МИХМ, МАДИ. У каждого вуза была своя секция, тренер. В «Буревестнике» они арендовали территорию, где в зависимости от финансов и занимали разное количество бытовок. Здесь развивался и парусный спорт, и летний, и зимний виндсерфинг, на водных лыжах, правда, не всегда катались, потому что до конца 70-х годов действовало постановление о запрете на хождение катеров по водохранилищам — всем, кроме Истринского. Но вот чем был хорош «Буревестник», так это тем, что там все были равны. Например, по клубу ходит человек в телогрейке, в ушанке, ищет гаечный ключ, а оказывается — это профессор и лауреат какой-нибудь премии. А вот он на равных идет на яхте со студентом в экипаже. Именно независимость статуса на яхте от возраста и должности и делала клуб таким демократичным. Студенческий спорт в эти годы пытался полностью соответствовать олимпийскому уровню и ходил на таких яхтах, как «Дракон», «эМ-Ка», «Солинг» и «Летучий Голландец». После Таллинской Олимпиады все суда пошли из Польши, они были пластиковые. В яхт-клубе получали «Ок-Динги», катамараны «Торнадо» и весь крейсерский флот. До 1983 года яхты шли с хорошими парусами и мачтами, а после поляки стали делать все сами и мачты ухудшились, их потом называли «ярузельки» (от имени президента Польши Войцеха Ярузельского). Долгие годы регаты выигрывали на импортных фирменных мачтах Proctor. В начале девяностых многие в клубе пересели на крейсерские яхты, по выходным проходили серийные регаты — в день по две или три гонки. Виктор Музалев, пришедший в «Буревестник» в 1984 году как студент парусной секции МГТУ им. Баумана, вспоминает, что, когда началась перестройка и стали «Буревестник» делить, члены клуба занимались сбором подписей ректоров вузов, пытались изменить ситуацию. Собрали 11 подписей — чтобы «Буревестник» остался «Буревестником» и чтобы ВУЗы взяли его на себя, но и это не помогло. К концу 90-х годов клуб умирал, институты его уже не могли содержать. От того обилия парусных институтских секций остались единицы.

С распадом СССР и сложной экономической ситуацией в стране яхт-клуб в начале 90-х годов оказался в критическом положении. Обычные студенты и любители в сложившихся реалиях уже, к сожалению, не могли обеспечивать жизнедеятельность клуба. В 1993 году управлением яхт-клубом взяла на себя компания «Буревестник», переименованная впоследствии в Burevestnik Group. Компания занялась и создала полноценную инфраструктуру, отвечающую всем самым современным требованиям, однако выбранный путь развития клуба привел к тому, что в отличие от других действующих сейчас яхт-клубов, «Буревестник» превратился в фешенебельную стоянку катеров, на которой не нашлось места ни детскому, ни студенческому спорту, и на этом его история как спортивного парусного клуба закончилась.